Преступление и наказание

В середине сентября 1865 г. Достоевский писал из Висбадена о замысле своего будущего романа издателю "Русского вестника" Михаилу Каткову: "Идея повести... - психологический отчет одного преступления. Действие современное, в нынешнем году. Молодой человек, исключенный из студентов университета, мещанин по происхождению, и живущий в крайней бедности, по легкомыслию, по шатости в понятиях поддавшись некоторым странным "недоконченным" идеям, которые носятся в воздухе, решился разом выйти из скверного своего положения. Он решился убить одну старуху, титулярную советницу, дающую деньги на проценты. Старуха глупа, глуха, больна, жадна, берет жидовские проценты, зла и заедает чужой век, мучая у себя в работницах свою младшую сестру. "Она никуда не годна", "для чего она живет?" "Полезна ли она хоть кому-нибудь?" и т.д. Эти вопросы сбивают с толку молодого человека. Он решает убить ее, обобрать; с тем, чтоб сделать счастливою свою мать, живущую в уезде, избавить сестру, живущую в компаньонках у одних помещиков, от сластолюбивых притязаний главы этого помещичьего семейства - притязаний, грозящих ей гибелью, докончить курс, ехать за границу и потом всю жизнь быть честным, твердым, неуклонным в исполнении "гуманного долга к человечеству", чем, уже конечно, "загладится преступление, если только можно назвать преступлением этот поступок над старухой глухой, глупой, злой и больной, которая сама не знает, для чего живет на свете, и которая через месяц, может, сама собой померла бы...". Здесь вполне очерчена линия главного героя первого из больших романов Достоевского "Преступление и наказание" - Родиона Раскольникова.

Проблема преступного самосознания - "вечная" тема мировой литературы. Ее решали Шекспир, Данте, Шиллер, Пушкин. Еще подростком, в 1835 году, Достоевский прочел в журнале "Библиотека для чтения" роман Бальзака "Отец Горио", которому суждено было оставить заметный след в творчестве русского писателя. Почти через 50 лет, в 1880 году, уже зрелым писателем, Достоевский вспоминает этот роман, готовя свою знаменитую Пушкинскую речь: "У Бальзака в одном его романе, один молодой человек, в тоске перед нравственной задачей, которую не в силах разрешить, обращается с вопросом к другу, своему товарищу, студенту, и справшивает его: "Послушай, представь себе, вот ты нищий, у тебя ни гроша, вдруг где-то там, в Китае, есть дряхлый, больной мандарин, и тебе стоит только здесь, в Париже, не сходя с места, сказать про себя: "умри, мандарин", и он умрет, но за смерть мандарина тебе какой-то волшебник пришлет затем миллион, и никто этого не узнает, и главное он где-то в Китае, он, мандарин, все равно что на луне или на Сириусе - ну что, захотел бы ты сказать: "Умри, мандарин!" чтоб сейчас же получить этот миллион? Студент ему отвечает: "Est-il bien vieux ton mandarin? Eh bien non, je ne veux pas!"

Нравственная дилемма, поставленная Растиньяком: перешагнуть ли ради обогащения через кровь, убить или не убить своим пожеланием старого мандарина - была перенесена Достоевским на русскую почву. Но его герои решали эти "роковые" идеи века уже не абстрактно, а практически.

Герой романа Раскольников соблазнился той утилитарной моралью, против которой бунтовал ранее у Достоевского парадоксалист "Записок из подполья". По этой морали поведение человека выводилось из принципа "разумной пользы". Подпольный герой "Записок" был убежден в том, что весь смысл человеческого существования - в утверждении иррациональной воли, он категорически восставал против арифметических доводов разума: "Человеку надо - одного только самостоятельного хотенья, чего бы эта самостоятельность ни стоила и к чему бы ни привела".