Сайт состоит из двух частей. В этой части представлен подробный материал по всем разделам. В другой - представлена краткая информация о Достоевском и его творчестве.

Бесы

Глава пятая


Страницы: « 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 »
— Не надо, не надо твоих денег, я сейчас, в один миг, я и без револьвера... 

И он бросился прямо к Кириллову. Это было вероятно еще часа за два до посещения Кириллова Петром Степановичем и Липутиным. Шатов и Кириллов, жившие на одном дворе, почти не видались друг с другом, а встречаясь, не кланялись и не говорили: слишком долго уж они "пролежали" вместе в Америке. 

— Кириллов, у вас всегда чай; есть у вас чай и самовар? 

Кириллов, ходивший по комнате (по обыкновению своему всю ночь из угла в угол), вдруг остановился и пристально посмотрел на вбежавшего, впрочем без особого удивления. 

— Чай есть, сахар есть и самовар есть. Но самовара не надо, чай горячий. Садитесь и пейте просто. 

— Кириллов, мы вместе лежали в Америке... Ко мне пришла жена... Я... Давайте чаю... Надо самовар. 

— Если жена, то надо самовар. Но самовар после. У меня два. А теперь берите со стола чайник. Горячий, самый горячий. Берите всё; берите сахар; весь. Хлеб... Хлеба много; весь. Есть телятина. Денег рубль. 

— Давай, друг, отдам завтра! Ах, Кириллов! 

— Это та жена, которая в Швейцарии? Это хорошо. И то, что вы так вбежали, тоже хорошо. 

— Кириллов! — вскричал Шатов, захватывая под локоть чайник, а в обе руки сахар и хлеб. — Кириллов! Если б... если б вы могли отказаться от ваших ужасных фантазий и бросить ваш атеистический бред... о, какой бы вы были человек, Кириллов!

— Видно, что вы любите жену после Швейцарии. Это хорошо, если после Швейцарии. Когда надо чаю, приходите опять. Приходите всю ночь, я не сплю совсем. Самовар будет. Берите рубль, вот. Ступайте к жене, я останусь и буду думать о вас и о вашей жене. 

Марья Шатова была видимо довольна поспешностию и почти с жадностию принялась за чай, но за самоваром бежать не понадобилось? она выпила всего полчашки и проглотила лишь крошечный кусочек хлебца. От телятины брезгливо и раздражительно отказалась. 

— Ты больна, Marie, всё это так в тебе болезненно... — робко заметил Шатов, робко около нее ухаживая. 

— Конечно больна, пожалуста сядьте. Где вы взяли чай, если не было? 

Шатов рассказал про Кириллова, слегка, вкратце. Она кое-что про него слышала. 

— Знаю, что сумасшедший; пожалуста довольно; мало что ли дураков? Так вы были в Америке? Слышала, вы писали.

— Да, я... в Париж писал. 

— Довольно, и пожалуста о чем-нибудь другом. Вы по убеждению славянофил? 

— Я... я не то что... За невозможностию быть русским, стал славянофилом, — криво усмехнулся он, с натугой человека, сострившего не кстати и через силу. 

— А вы не русский? 

— Нет, не русский. 

— Ну, всё это глупости. Сядьте, прошу вас наконец. Что вы всё туда-сюда? Вы думаете, я в бреду? Может, и буду в бреду. Вы говорите, вас только двое в доме? 

— Двое... внизу... 

— И всё таких умных. Что внизу? Вы сказали внизу? 

— Нет, ничего. 

— Что ничего? Я хочу знать. 

— Я только хотел сказать, что мы тут теперь двое во дворе, а внизу прежде жили Лебядкины... 

— Это та, которую сегодня ночью зарезали? — вскинулась она вдруг. — Слышала. Только что приехала, слышала. У вас был пожар? 

— Да, Marie, да, и может быть я делаю страшную подлость в сию минуту, что прощаю подлецов... — встал он вдруг и зашагал по комнате, подняв вверх руки как бы в исступлении. 

Но Marie несовсем поняла его. Она слушала ответы рассеянно; она спрашивала, а не слушала. 

— Славные дела у вас делаются. Ох, как всё подло! Какие все подлецы! Да сядьте же, прошу вас наконец, о, как вы меня раздражаете!—и в изнеможении она опустилась головой на подушку. 

— Marie, я не буду... Ты может быть прилегла бы, Marie? 

Страницы: « 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 »